Запах

Лицо только что назначенного командующего Итальянской армией наливалось кровью. Стоявший перед ним бригадный генерал-адъютант Мортье внезапно почувствовал себя провинившимся лейтенантом перед маленьким, нервно бегающим командующим.
........
За 17 лет до этого маленький десятилетний мальчик, только что поступивший в военную школу в Бриене стоял у чана, в котором кипела смесь мочи из туалета близлежащей казармы и химикатов, и помешивал палкой чудовищно пахнущее варево. Сюда он попал за провинность - он мало писал. Слезы текли из глаз, от испарений и жгучей обиды - три часа назад начальник курса орал на него перед строем -
- А кто мало ссыт, тот враг народа! Тот, кто не производит сырье для селитры, оружия для тираноубийства, подлец и контрреволюционер!!! От тебя, негодяй, требуется не кал, а моча! А дежурный доложил, что ты больше сидишь, чем стоишь в отхожем месте! Заседатель хренов!

...ненавижу селитру, ненавижу... - бормотал сквозь слезы маленький круглолицый мальчик, будущий артиллерист, выросший на засушливом острове, где просто не привыкли пить столько воды.
.........
Командующий вспомнил ту, давнюю вонь, и его опять передернуло так, что лязгнули зубы. Он подбежал на коротких ножках к столу, схватил ружье, и тыкая им в вытянутую рожу Мортье заорал:
- не нужно пороха, не нужна селитра!!!
"Совсем этот парижский "засланец" спятил," - подумал Мортье, - "ну при чем тут селитра...?"
Но вслух он преданно глядя в глаза командующему начал объяснять во второй раз:
- да, вот видите, гражданин командующий, они насосом накачивают воздух в этот отвинчивающийся железный приклад, а пули уже лежат в этой трубке с пружиной рядом с затвором. Они делают вот так и вот так - и все. Стреляют до 20 раз в минуту, воздуха в одном прикладе хватает на 20 пуль. Вчера с 200 шагов один австриец застрелил троих человек в третьем батальоне Мармона. И никто не услышал. Хорошо, тот полез грабить трупы, тут его и взяли. А второй с насосом убежал. Наши воздушные ружья, которые у саперов, гораздо хуже, чем эти жирардони. Детские игрушки, однозарядные, слабые - всего-то что тихие.
- Заткнитесь, Мортье! При чем тут наши! ОНИ СЕЛИТРУ НЕ ИСПОЛЬЗУЮТ!!!! Они не стояли у чанов! Пишите приказ - кого поймают с таким ружьем - расстрелять как военного преступника! Ступайте!
"Все, приплыли. Скоро будем расстреливать австрийцев за то, что они лягушек не едят! Как врагов французского народа..." подумал Мортье, но не показывая изумления серьезно кивнул, сгреб с мраморного столика ружье Жирардони, запасные приклады с воздухом, и строевым шагом шагнул назад, не спуская глаз с командующего. "Ишь ты, как шагает... в гвардию бы его, парады чеканить, комендантом каким-нибудь" - подумал командующий.
...........
Из закоулков памяти в ноздри опять шибанул резкий запах кипящей солдатской мочи. Командующий схватил хрустальный графин с коньяком, и с остервенением стал заливать путаный узор персидского ковра, кресла с гнутыми ножками. Но запах не уходил. Коньяк кончился, и графин полетел в дверь вслед давно ушедшему Мортье, взорвавшись водопадом сверкающих осколков.
- А у кого найдут насос, тому засунуть его в жопу! - заорал командующий Итальянской армией бригадный генерал Наполеон Бонапарт.